На что влияет выбор первого места работы

0
3 просмотров

Рекрутеры и HR-эксперты часто сетуют: молодежь теперь надолго зависает в исканиях своего трудового пути, хочет получить все сразу на самом старте карьеры. Амбиции — это вовсе неплохо, однако, как показывает опыт многих успешных людей, начинать с самых чернорабочих низов вовсе не зазорно. Даже наоборот: поработав месяц-другой грузчиком/посудомойщиком, человек приобретает неоценимый жизненный опыт и нередко из пота и пыли извлекает выводы, необходимые для карьерного прорыва.

ОТ ПОМИДОРОВ — В МОДУ

Росту Дикому, эксперту по стилю и шопингу, в юности довелось гнуть спину на черной работе: в старших классах приятель как-то пригласил его подработать разгрузкой вагона с помидорами. «Хватило нас на полвагона. Томатов наелись от пуза, а потом счастливые ехали в машине-развозке, придавленные ящиками, — вспоминает он. — Нам заплатили по 25 рублей, и мы на радостях помчались по домам. Половину денег маме отдал, остальное — на сладости. На оставшуюся часть вагона уже ни сил, ни мотивации не оставалось…». Второй раз подрабатывать будущему шоперу пришлось на вещевом рынке. В конце 90-х он, студент, как раз сделал предложение любимой девушке. «Был так сильно влюблен, что забыл про расходы на свадьбу», — рассказывает он. Жил неподалеку от Владимирского базара в столице и потому отправился прямиком туда. "Вижу, бегает хозяйка точки, продает рубашки, пиджаки. Подошел и спрашиваю: «А нельзя ли устроиться к вам на работу?» — рассказывает Рост. Женщина рассмеялась — мол, принимаем только по рекомендациям. «Тут уж я постарался убедить, что знаю все о размерах и тканях, и получил место продавца. Это была самая крупная точка с мужской одеждой, и я, без преувеличения, делал там продажи высокого уровня — за две недели накопил денег на свадьбу», — вспоминает шопер-стилист. Базар, по его словам, стал настоящей школой торговли. «Я прошел отличный курс активных продаж. Очень рекомендовал бы молодым продавцам: хочешь правильно торговать — начинай с улицы», — делится выводами Дикой.

Шопер-стилист. О разгрузке вагонов знает не понаслышке.

СТЕКЛОТАРА И ИКРА

Олег Панюта, ведущий информационно-аналитической программы «События недели» на телеканале «Украина», до работы на ТВ успел попробовать, почем пуд соли. В 1988-м сдал выпускные экзамены и, чтобы не попасть под статью за тунеядство, искал подработку до начала учебы на журфаке. «Мы жили неподалеку от Джанкойского консервного завода. Родители через знакомых договорились, чтобы меня взяли разнорабочим в стеклотарный цех, и я до конца лета таскал и складывал банки», — рассказывает известный телеведущий. Хотя трудовые будни складывались по-всякому, позитива было немало. «Плывут баночки с кабачковой икрой, томатной пастой, пахнут умопомрачительно, а мы, дети, бегаем голодные… Главное, чтоб всегда был хлеб, без него много пасты и икры не съешь. А свеженькая, только с конвейера икра — это неимоверные ощущения», — делится воспоминаниями Олег. Второй раз искать подработку пришлось уже во время учебы в вузе. Родители первокурсника (мама — кассир в автопарке, отец — водитель) жили скромно и обеспечить карманными деньгами не могли, а стипендия — 40 рублей. Студентов охотно брала фирма «Заря» (бытовые услуги), и Панюта подался в Деды Морозы. «В начале ноября походил на курсы, сдал экзамен, и в Новый год уже был в „бороде из ваты“, — рассказывает Олег. — Было психологически непросто: праздник, люди развлекаются, а ты среди них трудишься, да так, чтобы клиентам понравилось». Зато в считаные дни заработать удалось целых 300 рублей, которые запомнились, как первая любовь: купил вожделенный серый в «косичку» свитер в ЦУМе, часть денег отправил родителям, а остальные ушли на студенческие радости. «Тогда я понял, что всю жизнь в Дедах Морозах не проживешь, надо развиваться и продавать свои умения за достойную плату, — рассказывает Олег. — А еще — что любая работа должна приносить удовольствие мне и людям».

КАК ПУТЕШЕСТВЕННИЦА ОСВАИВАЛА СПЛАВЫ, СТРУЖКИ И МАСЛА

Верится с трудом, что Юлия Шкурко, руководитель проекта самостоятельных путешествий MakeMyTrip, теперь летающая по миру как вольный ветер, после института три года отработала на предприятии по переработке, измельчению, брикетированию, покупке и продаже стружки черных и цветных металлов. «Сама не понимаю, какая сила заставила меня, девушку, разбираться в химических свойствах, физических характеристиках — „стружка нержавеющей стали вид 503/326“, „ДСТУ 4121—2002“... А потом еще год продавала продукты нефтепереработки: индустриальные, трансмиссионные, моторные масла», — смеется путешественница. Говорит, сейчас странно вспомнить, как по неопытности пыталась следовать «предложенному обществом плану личностного развития». «Это была другая жизнь, не моя: нефть и титановая стружка изрядно контрастируют с экзотическими путешествиями, в которых теперь живу, — признается Юлия. — Просто тогда, в юности, не было с чем сравнивать. Фриланс, заработки на хобби были далекими и непонятными, как жизнь на Марсе». И хотя теперь планировщице бюджетных путешествий дико даже представить жизнь среди моторных масел, она уверена, что именно там закалился ее характер и появилась тяга к точным наукам: периодически ноги сами ведут ее на всякие лекции об адронных коллайдерах. «А еще запомнилась легкость бытия по чужому плану: должностные обязанности, планы, сметы, все роли ясны, форс-мажоры предвидены, — признает Шкурко. — Хорошо, что такой опыт был, но обратно не хочу!». Главные выводы, сделанные известной путешественницей после всех сплавов и стружек: иногда карьера на нефтепродуктах — это не жизнь, а ее ожидание; никогда не продашь того, чего не понимаешь и во что не веришь; ничто не приносит такого удовольствия, как то, что открыл и достиг сам.

Посетила более 60 стран мира.

«ТОЛКАЛИ» КОЛБАСУ И ТУФЛИ

Еще в юном возрасте Сергей Марченко, ведущий эксперт рынка труда и директор по развитию, понял: чтоб не сидеть на голой стипендии, нужно вертеться и заниматься нетворкингом. Ведь даже «удовольствие» выгружать асфальт из вагона (лопатой, на 35-градусной жаре) ему досталось через знакомых. Лучшие мысли о подработках рождались в студенческой общаге столичного политеха. «В те времена было выгодно возить в Россию колбасу — купить в киевском магазине и перепродать в Москве в три раза дороже, — рассказывает Сергей. — И вот один приятель обмолвился, что в Каменце-Подольском есть колбасный цех, где мясопродукты в три раза дешевле, чем в Киеве. Этим и решили воспользоваться». Компаньоны закупили целую сумку колбасы, отвезли в Москву и реализовали прямо на вокзале. «Выручка получилась в девять раз больше от вложенной суммы. Потом ездили в Бендеры за обувью — там туфли стоили 600 рублей, а в Киеве продавались по 4000, — продолжает Марченко. — Прибыли, туфли купили, явились на вокзал, а там — тьма народу, билетов нет, все хотят уехать (начинались военные действия в Приднестровье). Чудом попался мне лишний билетик, тут же его ухватил. В итоге уехал из Бендер на верхней полке, друг — на третьей, багажной». На авантюры, по словам Марченко, студенты решались от случая к случаю — как заканчивались деньги, и то не ради них, а больше из азарта.

Познал азы коммерции в 90-х.