Кулинарная магия

0
27 просмотров
кулинарная книга

Катя проснулась со странным ощущением. Такое предвкушение приближающегося счастья у нее бывало разве что в детстве, перед днем рождения. Ее взгляд скользнул по прозрачным розовым занавескам из органзы, задержался на охапке пурпурных тюльпанов в керамическом кувшине и устремился в окно. Екатерина пыталась до мельчайших подробностей вспомнить свой сон, удивительно реальный и яркий.

Она сидела на лавочке посреди цветущего сада, а рядом с ней — ее бабушка. «Замуж тебе пора, милая. Есть кто на примете?» И Катя, как маленькая девочка, вместо ответа почему-то заплакала навзрыд, не в силах вымолвить ни звука. Бабуля нежно гладила ее по голове: «Ну, ничего, ничего, миленькая, все у тебя будет: и счастье, и радость, и чувства взаимные. А суженый, которого ты себе загадала, — он отыщется. И не в дальних краях, а на улице, где ты живешь... Нечего попусту горевать, тут все и прочтешь», — и с этими словами протянула толстую книгу в кожаном переплете. «Он отведает твоей стряпни — и влюбится в тебя без памяти...» — голос бабушки уже едва доносился, как сквозь телефонные «помехи». «Кого накормить и каким блюдом?» — кричала Катя. — «В моей книге... Рецепт на странице триста со...» Дальше, к своей величайшей досаде, Катерина уже ничего не смогла разобрать.

Екатерина жила в доме на окраине города, возле самого леса. Раньше он принадлежал бабушке, а когда ее не стало, сюда из шумного мегаполиса переехала Катя. Ей нравилась царящая здесь тишина, запах цветущих трав, шепот ветра. А еще ей нравилось в полнолуние открывать настежь окна, тихо наигрывать «Лунную сонату» и мечтать о любви доброго, умного, симпатичного, богатого и непременно разбирающегося в музыке мужчины. Последний пункт, по глубокому убеждению Кати, был обязательным.

Соседи считали ее немного не от мира сего. Странным им казалась и Катина профессия аккомпаниатора в филармонии, по их мнению, совершенно бесперспективная, и то, что эта молодая симпатичная женщина с мечтательным взглядом до сих пор не замужем.

Поклонники у нее, конечно, были, но все они казались ей слишком грубыми, недостаточно образованными и совсем не романтичными. «Такого, как ты себе нафантазировала, в природе не существует», — регулярно читала нравоучения соседка Кукушкина, за плечами у которой уже были три «счастливых», как она утверждала, брака. — Присмотрись к тем, кто рядом с тобой. Ну, хотя бы к соседу Николаю Александровичу. Он на тебя давно та-а-а-кие взгляды бросает! Чем не партия? Зажиточный, надежный солидный человек, да и чин — ничего себе: директор мясокомбината. А дом-то у него какой! Не дом, а крепость!

Катя морщила нос, представляя себя в «крепостных» апартаментах краснолицего Николая Александровича и «интеллектуальные» разговоры о преимуществах ошейка перед окороком. «Пока ты ждешь незнамо кого, драгоценное время уходит, — грозно предупреждала Кукушкина. — Знаешь, что случится с тобой через три года? Как что? Тебе будет тридцать пять! Понимаешь?..» Мама не была столь категорична в своих суждениях и только осторожно намекала: «Катенька, в современной реальности для рождения ребенка женщине не обязательно связывать себя узами брака...»

Ах, если бы бабуля во сне проинструктировала, что загаданный Катей суженый отзовется на музыку Вивальди, все было бы гораздо проще. В кулинарии она разбиралась примерно так же как в двигателях внутреннего сгорания. Ее нежные аристократические пальцы виртуозно порхали по клавишам пианино, но превращались в неуклюжих увальней, когда дело касалось кулинарии. «Ты не готовишь, а кремируешь — однажды в сердцах назвал ее стряпню Арнольд — молодой подающий надежды музыкант и Катин поклонник. Точнее, бывший. Бывшим он стал после того, как однажды Катя пригласила Норика на романтический ужин в свою «лесную хижину». Вот тогда-то Екатерину и посетила роковая мысль — проложить путь к сердцу молодого человека через яичницу гриль... А Норик отчего-то заподозрил ее в желании последовать примеру Сальери, отравившего своего более успешного конкурента Моцарта...

Ну почему, скажите на милость, Бог обделил ее таким же кулинарным талантом, как у бабушки? Ах, как бабуля божественно готовила! Из любого продукта у нее получались шедевры. «У тебя. Степановна, даже картофельное пюре особенное», — нахваливали ее знакомые. Бабушка могла часами рассказывать о каждой травинке, каждой специи, каждом корешке. Она знала, что и в какой комбинации добавить в свою стряпню, дабы гости насытились, даже крошечной ее порцией. И в какой — чтобы те, испробовав десять яств, встали из-за стола с ощущением легкости в желудке. А сколько она знала рецептов! Ну почему, почему она, Катя, не захотела научиться у бабушки всем этим кулинарным премудростям?! Катерина уже совсем начала отчаиваться, когда ее посетила гениальная мысль. Бабушкина книга! Толстый рукописный дневник с рецептами, куда та постоянно заглядывала, а иногда что-то записывала. Катя никогда не видела бабушку на кухне без этой заветной книги. После смерти ее за ненадобностью вместе с остальными бабулиными вещами заперли на чердаке. Дальше Катерина знала, что делать.

Она зажгла старинную лампадку и поднялась по скрипучей лестнице. На чердаке было душно, пахло пряными травами, в маленькое окно тяжело стучали яблоневые ветви. Кате стало немного не по себе. Когда ее глаза привыкли к полумраку, она постепенно стала различать полки, заставленные сотнями склянок, и огромный кованый сундук. Катя решительно направилась к нему.

Скрипнул ржавый засов, как будто кто-то вскрикнул, откинулась крышка. Заветная книга в кожаном запыленном переплете лежала сверху. Катины пальцы осторожно перебирали ветхие пожелтевшие листочки. Семьсот страниц, исписанных мелким бисерным почерком! А какие у рецептов были названия! «Здоровье молодых», «Супружеская верность», «Ночь любви...»

Вдруг в чердачное окошко что-то с силой ударилось. Катя обернулась на звон разбитого стекла, порыв ветра на секунду задул лампадку. Из книги вылетел листочек. Она успела заметить, как он заполз прямо под днище сундука. Причем Катерина могла поклясться, что листочек туда именно заполз, как живой.

Уж откуда у Кати взялось столько сил, было непонятно. Только отодвинула она сундук одним движением, точно это была картонная коробочка. И бережно взяла листочек. Это была страница триста сорок три, а на ней — рецепт «Для удачного замужества. Как встретить мужчину своей мечты». Катя начала жадно читать: «Если хочешь, чтобы твой суженый не прошел мимо, накорми его этим блюдом. Предложи это яство всем людям мужского полу, которых встретишь на своей улице в этот день и час случайно или же намеренно. Все откажутся отведать, и только твой суженый один съест все. Это будет тебе верный знак. Итак, возьми триста граммов телятины, четверть корня петрушки...»

Катя не стала читать до конца. Она пулей метнулась вниз, буквально слетев с лестницы, и бросилась на кухню. Через полчаса она уже колдовала над плитой, где весело шкварчал и булькал рецепт ее счастья.

Когда все было готово, Катя с удивлением посмотрела на свои руки. Неужели это они только что так ловко измельчали, растирали, парили и жарили? Блюдо выглядело так, словно оно было приготовлено в лучшем французском ресторане. И пахло превосходно. Она попробовала крошечный кусочек и удивилась: так вкусно она не готовила никогда!

Все было готово, осталось только накормить мужчину своей мечты. Легко сказать... Катя, как заклинание, твердила написанное в книге: «потчевать всех мужчин, которых встречу на улице, потчевать всех мужчин, которых встречу на улице»... Катя вышла из дому и тут же заметила на остановке маршрутки одинокую мужскую фигуру в кожаном плаще. Она бросилась к ней. Заметив несущуюся к нему прилично одетую даму с дымящейся тарелкой, он, вместо того чтобы покорно принять свою судьбу, пустился наутек. Катя кричала, умоляла только попробовать ее стряпню, заверяла в своих наилучших намерениях, но «бегун» был неумолим. И, развив скорость курьерского поезда, пропал из виду.

Такое положение вещей слегка разочаровало, но не смутило целеустремленную Катю. Она помчалась к своей верной советчице — соседке, которую про себя называла «глаза и уши нашей улицы». «Кукушкина, помоги», — с порога выпалила Катерина, задыхаясь от спринта. Та подозрительно посмотрела на нее и захлопала глазами. И только тут Катя увидела, что за хозяйским столом сидят гости.

— Кто хочет попробовать, что я приготовила?
— Спасибо, я на вегетарианской диете, — высокомерно изрек блондин альфонистого вида.
— Спасибо, я уже сыт стряпней хозяйки, — вежливо отказался интеллигентный парень в очках.
— А что, под хорошую водочку можно! — выпалил кукушкинский муж и уже было потянулся за вилкой и ножом, как встретился со страшным взглядом своей «половины», тихо, одними губами прошипевшей: «Хватит уже с тебя водочки...»
— Лучше вон Эдику предложи, — быстро нашелся он.

И тут Катя узрела еще одного гостя — симпатичного черноволосого мужчину. «Эдуард Чайковский, двоюродный брат Оли Кукушкиной, — представился молодой человек. — Я живу в Питере, а здесь по делам. У меня собственная студия звукозаписи. А сюда приехал искать новые таланты. Кстати, я большой гурман и с удовольствием попробую вашу стряпню». Эдик подцепил на вилку маленький кусочек и с видом истинного профессионала долго смаковал его, перекатывая во рту и причмокивая. А потом, с восхищением взглянув на Катю, взял еще кусок, еще и еще...

И так, пока не опустошил всю тарелку.

Катя нежно погладила бабушкину кулинарную книгу. Сегодня у них с Эдиком годовщина свадьбы. И она ему приготовит нечто необыкновенное из своего волшебного кулинарного фолианта. Слава богу, книга толстая, рецептов хватит! И не только на свадебные даты. А когда у них родится дочка (Катя провела ладонью по своему едва наметившемуся животику), она непременно обучит ее всем кулинарным премудростям.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here