Кто нам подложил свинью?

игрушечная свинка

Отпуск на море выдался на славу. Правда, одно желание мы с племянником осуществить не смогли — так и не стали обладателями розовой хрюши...

Итак, я ехала отдыхать на юг! И не одна, а с молодым человеком. Очень молодым, можно сказать, совсем юным. Моим десятилетним племянником Генкой. Потому что: а) ребенку нужны морской воздух и вода, б) его папаша с мамашей, как всегда, воплощают очередные эпохальные проекты в жизнь. И получалось, что только я — свободная и независимая — могла обеспечить ребенку морское оздоровление.

Генку я люблю. Мы с этим рыжим веснушчатым чертенком с самого его рождения — на одной волне. Лиза знала, к кому обратиться. Я посмотрела на бледную Генкину физиономию, на которой яркими пятнами сияли рыжие конопушки. Бедный ребенок всю зиму переползал из бронхита в грипп, оттуда в ангину. И так — по кругу.

— Ну что, Геннадий, будешь моим кавалером? — спросила я.
—А на ночную дискотеку пойдем? А на банане будем кататься? А на скутере?
— Не вопрос!
— Ура! Едем! — Генка сплясал вокруг меня индейский танец.

Проблема детского отдыха была решена.

Если Лизе или мне не удается поехать отдохнуть на какой-нибудь дальний курорт, мы снимаем комнату у тети Евы в Судаке. Тетя Ева — подруга детства нашей мамы. Она, как и многие в Крыму, сдает свой уютный аккуратный двухэтажный домик отдыхающим...

Утром нас разбудил мужской голос, который что-то требовал от хозяйки. Голос мне понравился. Слова — нет.

— Ева Арнольдовна, мы же договаривались! Вы мне обещали! Я ведь специально выслал вам предоплату. Так дела не делаются! Я хочу нормально отдохнуть! Тетя Ева отвечала с невозмутимым спокойствием:
— Анатолий, ну где проблема? Комната, которую я вам предлагаю, гораздо больше, из окна вид на море.
— И солнцепек весь день!
— На окнах жалюзи и вентилятор!
— Это вопрос принципа! Я просил комнату с окнами во двор. Вот ваше письмо, вы согласились! Пусть видами наслаждаются те, кто занял мое место!

Действительно, вчера тетя Ева предложила мне большую комнату с видом на море и балконом. Но комната выходила на солнечную сторону, а кондиционеров в домашнем пансионате не наблюдалось. Генке солнцепек противопоказан. Вот я и уговорила Еву сдать нам маленькую комнатку...

Я взяла сонного Генку за руку и спустилась на веранду, где шел жаркий спор. В ярком свете солнечного утра бронхитная бледность и худоба моего племянника выглядели весьма впечатляюще. Дитя Освенцима! Обнять и рыдать.

Тетя Ева восседала в своем любимом кресле с высокой спинкой, обитой вытертым за много лет бархатом. Долговязый парень в модной рубашке и вызывающих очках вышагивал по веранде, доказывая свою правоту. Почему-то он напомнил мне адвоката в суде из американских фильмов.

— Доброе утро! — сказала я и сразу же перешла в наступление: — Это мы заняли комнату. У вас есть претензии? Парень снял очки, смерил меня взглядом ярко-синих глаз, потом посмотрел на Генку, пожал плечами:
— Ну не выселять же мне вас силой! — Может, попробуете? — съязвила я.
— А я на карате хожу, два года,— влез в разговор Генка. Намекает, защитник мой рыжий! — Ходил, пока не заболел легкими. И ангиной. — Племянник внес поправку.

Парень недовольно поджал губы, поднял с пола объемистую дорожную сумку:

— Если мне будет жарко, я съеду, и вам придется вернуть аванс! — бросил он Еве.
— Не вопрос! — ответила тетя Ева.

И подмигнула нам: ваша взяла! Любимым местом нашего с Генкой отдыха, кроме, разумеется, моря, были игровые автоматы. Вернее, автоматы с игрушками. Подсели мы на них конкретно. Причем неизвестно, кто был азартнее: Генка, пытающийся вытащить какое-нибудь плюшевое чудище, или я, болельщица. А получилось это так. На второй или третий день нашего отдыха, проходя мимо автомата, к которому прежде были равнодушны, мы увидели тощую носастую девчонку Генкиного возраста с длинным, ниже пояса, белым «хвостом». Девчонка подошла к автомату, бросила в него пару жетонов, два раза потянула за рычаг, вытащила крокодила и, гордо раскачивая «хвостом», пошла в сторону моря. Генка просто онемел.

— Хочешь играть? — спросила я.

Подумала: «Плакали мои денежки! Вернее, Юркины, Генкиного папы. Он же спонсирует нашу поездку. Из этого автомата никто отродясь ничего не вытаскивал. Кроме этой белобрысой». Генка кивнул. Один «щелк» рычага стоил пятьдесят рублей. Мы просадили триста. Генка безуспешно ловил, я болела.

— На сегодня хватит, — сказала наконец. — А то останемся без фруктов.
— Я не люблю фрукты, — отмахнулся Генка. — Варь, ну еще разик...

Но я была непреклонна. Мы отправились на пляж. Пора купаться.

— Вон она! — закричал вдруг Генка. — Пойдем туда. Я спрошу у нее!
— Кто? — не поняла я.
— Да эта, с хвостом. Идем же, Варь!

Я оглянулась: понятно. Генка увидел девчонку, которая так небрежно вытащила из автомата игрушку. Лена отдыхала вместе с мамой. И даже жила недалеко от нас. Ее мама обожала лежать на пляже, поэтому легко согласилась отпускать дочь со мной. Так нас стало трое: добавилась Лена. Новая подруга обучала Генку важной премудрости отлова игрушек из автомата.

— Главное, — со знанием дела говорила Лена, — заметить, какая игрушка лежит правильно, так, что она зацепится в «хваталке». Вот, смотри... Плакали Юркины денежки... Когда Генка вытащил первую игрушку — мышонка с сердечком в лапках, его «ура» было слышно на турецком берегу.
— Что я наблюдаю? Оказывается, мальчики тоже в куклы играют? — услышали мы за спиной насмешливый голос.

О! Надо же, сосед. Что-то его не видно было, я уж подумала, что он уехал...

— Мы достаем, а не играем, — обиделся Генка на слова соседа. — А потом маме подарим, на день рождения.
— А мама, значит, играет? До сих пор? — улыбнулся сосед, глядя на меня.
— Я не мама, я тетя, — уточнила я.
— Между прочим, — вмешался в разговор парень, дежуривший у автоматов, — если вы вытянете пятнадцать маленьких игрушек, вы можете их обменять на одну большую, — и он указал на полку с призами у себя за спиной. Ох! Где мое босоногое детство? Именно о таких медведях, зайцах и собаках мечтали мы с Лизой в пять-семь лет... И тут ко мне пришла идея:
— Ген, а давай для твоей мамы выиграем во-о-он ту хрюшку! Она же у нас Свинья по восточному гороскопу.
— Эта хрюша стоит двадцать игрушек, — не растерялся предприимчивый дежурный. — Она тут самая большая.

Да уж, свинка была огромная, нежно-розовая, с «пятаком» размером с тазик, белым животиком и бархатными копытцами. Можно использовать вместо подушки. Причем для двоих.

У нас появилась цель. Мы договорились с дежурным у автомата, чтобы он в течение недели никому «нашу» хрюшу не отдавал. У нас оставалась только одна неделя, чтобы выиграть это бархатное сокровище.

Каждое утро мы встречались у автомата: мы с Генкой, Лена и... Анатолий. Да, мы приняли соседа в свою компанию. Кстати, он оказался, совсем, неплохим парнем. Но нам не везло: Генка все время «мазал», Лена от волнения тоже часто упускала выигрыш, а Толик вообще не умел рассчитать ход «хваталки» и быстро перешел в ряды болельщиков. Нам было весело и интересно вчетвером. В день отъезда у нас набралось семнадцать штук «мелких».

— А давайте выкупим Хрюшу? — предложила я.

Но нам и тут не повезло. Вместо нашего знакомого парня за стойкой дежурного сидела толстая тетка. Наверное, ей было очень жарко и совсем не хотелось тут сидеть. Она не стала с нами вообще разговаривать. Когда мы вечером возвращались с пляжа, автомат с игрушками был закрыт, а наша хрюша... она исчезла... Значит, выиграл кто-то другой. Генка загрустил... Мы упаковали чемоданы, Толик помог нам уложить кучу игрушек в отдельный пакет и обвязать шнуром. Мы обменялись адресами.

Отъезд не обошелся без приключений: Толя забыл на веранде пакет с игрушками, ему пришлось возвращаться, пока мы устраивались в такси... И вот мы дома! Генка хвастается морским загаром, показывает, насколько он вырос, ластится к Лизе — соскучился.

— Мам, а че мы тебе привезли! — загадочно говорит Генка. — Целый мешок! Он выволок на середину комнаты пакет, осторожно разрезал шнур, развернул шуршащий целлофан. Из него выглянуло нечто большое, розовое...
— Хрюша! — Генка подпрыгнул, — Варь, глянь — это же та самая хрюша! А как она тут. Ой! Я догадался! Это Толик! Помнишь, Варь, он забыл пакет?
— Какой такой Толик? — с подозрением посмотрела на меня сестра.

Пришлось нам с Генкой рассказывать историю о сердитом соседе, с которым мы потом подружились, о девочке Лене — мастерице доставать игрушки из автомата, о нашем плане подарить Лизе хрюшку — символ ее знака по гороскопу, и о злой тетке, которая не продала нам вожделенное сокровище. А кто-то (мы почти уверены, что Анатолий) все-таки раздобыл хрюшу для нас! И устроил сюрприз! Лиза и Юрка свинку оценили. Вечером я проверяла свою электронную почту. Обрадовалась, меня ждало письмо от Толика. «Ну, хорошую я вам подложил свинью?» — и в приложении на фотографии улыбающееся лицо Толи в обнимку с хрюшей. Сделал перед отъездом? ...Мы писали друг другу каждый день. Я уже не могла начать день без его утреннего «Приветик, Хрюша!» и закончить без вечернего «Спокойной ночи, Варвара-краса»...

В сентябре Кирилл неожиданно заявился сам с мешком «мелких» игрушек:

— У меня командировка. Решил привезти похищенные сокровища. Как там Генка? Не болеет? Как вообще у вас дела?

Командировки в наш город у Толика теперь случаются каждый раз, когда он по мне соскучится. То есть раз в месяц, а то и чаще. Сегодня утром Толя написал мне очередное электронное письмо: «Жди через две недели. Повод — самый серьезный. Но пока это секрет». Интересно, что за сюрприз он приготовил мне на этот раз? От него ведь можно ожидать все что угодно...

"Кто нам подложил свинью?" Понравилось? Поделитесь с друзьями!

Анастасия Григорьева

Анастасия Григорьева

Я знаю, что такое выбросить из своей жизни что-то совсем не нужное, отказаться от вредной привычки — дело вообще плёвое.

Другие записи из этой рубрики...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Комментарии проходят премодерацию и будут опубликованы после проверки, если они не нарушают правила сайта.

Do NOT follow this link or you will be banned from the site!